Читаем без скачивания На всю катушку [=Повесы, =Приди и протруби в свой рог] - Нил Саймон

Конни (надевая пальто). Глаза б мои тебя не видели.

Алан (искренне). Конни, подожди… Не уходи.

Конни (решительно). Извини.

Алан. Мы что, больше не увидимся?

Конни. Не знаю. Возможно, когда ты сильно соскучишься. (Звонит телефон.) Сегодня вряд ли. Начинай скучать с утра. (Телефон звонит. Она берет в руки чемодан.)

Алан. Подожди.

Конни. Возьми трубку. Это замена. (Телефон звонит.)

Алан (снимает трубку). Да… А, мама. (Конни.) Конни, это мама.

Конни. Твоя мама? Да перестань… (открывает дверь.)

Алан. Разве такими вещами шутят?

Конни. Будь здоров. (Уходит, закрыв за собой дверь.)

Алан. Конни!.. Конни, подожди. (Берет трубку. Садится.) Привет, мам… Что случилось? Папа еще не вернулся?.. У тети Гасси?.. Не переживай. Переночует у нее, и все. Завтра придет в себя и вернется… Мам, ну не плачь… Ладно, я приеду и переночую у тебя. Да, в своей комнате… Мне одному тоже тяжело… Что?.. Пока нет… Мам, я не в себе… Столько всего накопилось… Пока не решил… Мам, мне все равно: бараньи отбивные, индейка, салат с курицей, всё…

Занавес

Действие третье

Прошло три недели. Занавес открывается: БАДДИ стоит со спортивной курткой Алана в руках. Рукав куртки перекинут через плечо. Он танцует. Бадди выглядит по-новому. Настроение у него прекрасное. Вид у него уверенный и независимый. Видно, что он наслаждается жизнью. Танцует и подпевает в ритм музыки.

Бадди. …Раз, два, ча-ча-ча… Прекрасно, ча-ча-ча… Поворот, ча-ча-ча… (Звонит телефон.) Отвечай, ча-ча-ча… Хорошо, ча-ча-ча. (Кладет куртку на диван словно девушку, произнося.) Извини, дорогая. (Берет трубку.) Да?.. Снежинка? (Садится на диван.) …Ты своим голосом с ума меня сведешь… Нет… Пытаюсь билет на пьесу Ионеско достать. Сегодня премьера… Должны позвонить. Потом могли бы сходить в ночной клуб… Посидим… ча-ча-ча… Могла бы заехать за мной. Класс… Около семи?.. Давай в пять. Такой уж я. Пока. (Вешает трубку, хлопает в ладоши, делает антраша. Затем продолжает.) Вот так… ча-ча-ча… Балдеть так балдеть, ча-ча-ча… (Звонит телефон. Снимает трубку. Садится на край кофейного столика.) Да?

В этот момент дверь открывается и входит АЛАН. Он еле волочит ноги. Вид у него никудышный. От веселости и уверенности не осталось и следа. Вешает пальто в шкаф и подходит к бару.

Бадди (в трубку). Да… Верно… Да?.. Замечательно… Два билета на сегодня… Да, заберу в кассе. На имя Алана Бейкера. Огромное спасибо. Пока. (Кладет трубку. Замечает Алана.) Ой, Али, привет. Не слышал, как ты вошел. Классно получилось. Твой брокер устроил два билета в театр. На сегодня. На твое имя. Ничего?

Алан (глядит перед собой). Нормально. Я билеты больше не заказываю.

Бадди (встает, берет куртку и продолжает). И снова, ча-ча-ча… Направо, ча-ча-ча… (Танцуя.) Ты где сегодня пропадал?

Алан (не поворачивая головы). На стадионе в Манхеттене… Кто-нибудь звонил?

Бадди (продолжая танцевать). Ага… какой-то мистер Копленд… и мистер Сэмплер… ча-ча-ча…

Алан (смотрит на него). Что передали?

Бадди. Легче, легче, ча-ча-ча…

Алан (злобно). Эй, малыш, я с тобой разговариваю.

Бадди (замирает). А что такое?

Алан. Говори толком, хватит паясничать. Что они сказали?

Бадди. Кто?

Алан (подходит к нему). Копленд и Сэмплер, ча-ча-ча!

Бадди. Ничего. Они перезвонят. Что тебя гложет? (Хлопает Алана по плечу, кладет куртку на диван и садится.)

Алан. Раздражаешь ты меня своими ча-ча-ча. Это важные клиенты звонили. (Забирает куртку, отряхивает ее и вешает в шкаф.)

Бадди. Ты, парень, последнее время не в себе. Весь на нервах.

Алан (подходит к креслу). Что, лечить меня собрался, доктор?

Бадди. Где ты целый день околачиваешься? Уходишь в десять, приходишь в шесть. И явно не в себе. Звонки какие-то странные. Что за загадки?

Алан. Нет никаких загадок.

Бадди (назидательно). Работу нашел?

Алан. Нет. Нет у меня работы. Больше никто не звонил, точно?

Бадди. Имеешь в виду Конни?

Алан (оживившись). Конни? С какой стати?.. Она что?..

Бадди. Нет, ты во сне с ней разговариваешь.

Алан (садится в кресло). Я? Ты спятил.

Бадди. Прошлой ночью даже бродил во сне. Протянул руки и говоришь: «Ах, Конни, милая моя»… Буду теперь свою дверь закрывать.

Алан. Подкалываешь меня?

Бадди. Почему ты ей не звонишь?

Алан. А зачем? Какой смысл?.. К тому же она съехала из гостиницы.

Бадди. Да ты что! И куда уехала?

Алан. Понятия не имею. Да я и не спрашивал.

Бадди. Может, новый адрес оставила?

Алан. Не оставила.

Бадди. Откуда ты знаешь?

Алан. Узнавал… Вот что: о Конни ни слова.

Бадди. Понял. (Алан встает, а Бадди идет к бару.) Выпьешь?

Алан. Нет. (Бадди наливает себе. Алан смотрит на него.) С какой радости пьешь?

Бадди. Люблю по вечерам бокальчик пропустить. Поднять настроение. (Отходит вправо. Пьет.)

Алан. А зачем?

Бадди. Развеяться. А то проблемы одни кругом.

Алан (встает и подходит к нему). Проблемы? Да ты о них понятия не имеешь. Спишь до двенадцати. Балясничаешь до двух. По вечерам где-то пропадаешь. А что ты днем делаешь?

Бадди. В этом одна из моих маленьких проблем. (Алан брезгливо отворачивается.) Наслаждаюсь жизнью как умею. Что в этом плохого?

Алан (расслабившись, подходит к нему). Ничего. Ровным счетом. Извини, братишка. Не пойму, что со мной творится последнее время. Слушай, неохота дома сидеть. Пошли в кино. Вдвоем?

Бадди (ставит бокал на стол у дивана). Ой, я бы с радостью, только у меня свидание.

Алан. Опять? Уже четвертое за неделю. И с кем сегодня?

Бадди. Она танцовщица. Современный джаз. Ее зовут Снежинка.

Алан. Снежинка?

Бадди (подходит к Алану). Снежинка Эсканизи. А что?

Алан. Звучит как эскимо.

Бадди. Ужасно странная. Все лицо в белой пудре как у японских танцовщиц кабуки. Но чует мое сердце, девушка она симпатичная.

Алан. А ты при сильном ветре на нее посмотри… Может, узнаешь, как она выглядит на самом деле. Где ты с ними знакомишься?

Бадди. Со Снежинкой на вечеринке в ночном клубе на прошлой неделе.

Алан. Куда ты пригласил гречанку-переводчицу?

Бадди. Ага. Снежинка была с Сабу — студентом по обмену из Индии. Я сидел рядом с ней, а она наклоняется ко мне и — раз — свой телефончик дает. Вот так вот.

Алан. И как Сабу на это отреагировал?

Бадди. Предложил ей свою ручку. А потом назначил свидание гречанке-переводчице.

Алан (садится в кресло). Понятно, почему в ООН собирают экстренные заседания.

Бадди. Чувствовал себя последним идиотом. А знаешь, чем они до трех ночи потом занимались?

Алан. Чем?

Бадди. В покер на раздевание играли!

Алан. На раздевание?! Что-то детство твое вдруг вспомнилось: одевание, раздевание взамен на молочко и пирог в постель.

Бадди. А теперь я вот такой. Ты мне дал путевку в жизнь. Уже три недели никто домой не загоняет. Я правда другим стал, а?

Алан. Другим? Да тебя вообще не узнать.

Бадди. Тебя тоже. И я очень из-за этого переживаю. (Подходит к нему.) Что с тобой стряслось? Тебя словно подменили. (Шлепает его по колену.)

Алан (негодующе). Ты это о чем?

Бадди. Сидишь по вечерам дома, девушкам не звонишь, вид угрюмый. А почему бы тебе не позвонить завтра Рокко?

Алан. Рокко?

Бадди. Моему парикмахеру.

Алан (встает и подходит к нему). Твоему парикмахеру? Что это значит? Я направил тебя к нему. Это мой парикмахер.

Бадди. Да знаю я. Просто пошутил. Не хотел тебя обидеть. Он снова твой. (Поправляет Алану галстук.)